ШУРАСЕНА И МАХАСЕНА

В городе Кшитипратиштхите жил царь по имени Вирасена. У него было два сына: Шурасена и Махасена. Оба они выросли, поддерживая глубокую взаимную любовь.

Однажды у Махасены на языке появился нарыв. Он становился всё больше и больше и не давал Махасене ни минуты покоя. Царь перепробовал все средства, но всё оказалось бесполезным. Сострадание к принцу выказывали все, однако все попытки вылечить его закончились ничем и врачи, под конец, сказали, что болезнь неизлечима. Спустя некоторое время болезнь распространилась и на лёгкие. Никто не мог подойти близко к нему, поскольку его дыхание было отвратительным. Лишь его младший брат Шурасена всё время оставался у его постели. В конце концов Шурасена решил поститься до тех пор, пока брат не излечится. А тем же вечером у него возникла мысль, что надо бы ещё и почитать священную Намаскара-мантру.

Шурасена поставил на край постели брата чашку с водой и, начитывая мантру, брызгал этой водой на его язык. К их удивлению, облегчение наступило немедленно. А через несколько дней наступило радикальное улучшение: нарыв и запах исчезли. Это, конечно, обрадовало всех окружающих и укрепило их веру в Намаскара-мантру.

Немного времени спустя в город прибыл ачарья Бхадрабаху. Этот святой был наделён авадхи-джняной (ясновидением). Оба брата пошли послушать проповедь ачарьи и выразить своё почтение. А по завершении проповеди Шурасена подошёл к святому и попросил его объяснить причину произошедшего.

В ответ на это ачарья рассказал им историю их прошлой жизни:

«В Бхарата-кшетре, в городе Манипуре, жил воин по имени Мадана. Его вера в учение Победителей была твёрдой и искренней. У Маданы было два сына, которых звали Бхира и Вира. Однажды, по пути в парк, мальчики увидели, что на улице лежит монах. Подойдя, они обнаружили, что, пока он пребывал в медитации, его укусила ядовитая змея. Та, однако, успела спрятаться в свою нору. Услышав такое, Вира огорчился: «Ведь тут полно людей: почему никто не убил змею?»

Бхира спросил его: «Змея успела спрятаться вследствие своей благой кармы. Зачем ты желаешь совершить столь греховный акт?»

Вира ответил: «Брат, ты что, не понимаешь, что змея, укусив монаха, совершила ужасный грех? Поэтому её убийство никак не моет быть греховным актом».

Бхира возразил: «Нет: ошибка, помноженная на ошибку, истины не произведёт. Зло – всегда зло. Не давай волю эмоциям и не ищи оправдания злу. Тебе следовало бы раскаяться за то, что ты только что сказал».

Но Вира всё ещё негодовал и ответил: «Нет!»

Монах продолжил свой рассказ: «Ты был Бхирой, а твой брат – Вирой. Поскольку он так и не раскаялся в своём желании причинить вред змее, ему пришлось расплачиваться за это нарывом на языке. К тому моменту, когда ты начал начитывать Намаскара-мантру, его дурная карма уже истощилась, потому тебе и показалось, что ты вылечил его болезнь».

Этот рассказ об их предыдущем воплощении просветил братьев. Отвергнув мирские узы, они приняли монашество и начали с этого момента духовную жизнь.