Ачарья Кунда-Кунда.

НИЯМАСАРА.

Глава 5.

Покаяние в высшем смысле (парамартха-пратикрамана).

5.1 (77) Я – не обитатель ада, не животное, не человек и не небожитель. Я не делаю ничего сам, не побуждаю к действиям других и не одобряю их действия.

5.2 (78) У меня нет никаких форм познавательной и жизненной активности (марганастхана), я не нахожусь ни на каком этапе духовного прогресса (гунастхана) и не принадлежу ни к какому классу существ (джати). Я не действую сам, не побуждаю к действиям других и не одобряю их действия.

5.3 (79) Я не ребёнок, не юноша и не старик и не их причина. Я не действую сам, не побуждаю к действиям других и не одобряю их действия.

5.4 (80) Я – не влечение, не отвращение, не заблуждение и не их причина. Я не действую сам, не побуждаю к действиям других и не одобряю их действия.

5.5 (81) Я – не гнев, не гордость, не лживость и не жадность. Я не действую сам, не побуждаю к действиям других и не одобряю их действия.

5.6 (82) Практикуя самоанализ, душа становится равностной, вставая таким образом на путь правильного поведения. Далее, дабы укрепить её на этой стезе, я расскажу вам о принципах правильного поведения.

5.7 (83) О том, кто, отбросив в сторону все формы речи и избавившись от таких нечистых склонностей, как влечение и отвращение, медитирует на природу своей души, [с окончательной точки зрения] говорят как о практикующем подлинную пратикраману.

5.8 (84) О том, кто, избегая всех видов нарушений, погружён в самосозерцание, говорят как о практикующем подлинное покаяние, ибо он сам – воплощённое покаяние.

5.9 (85) О том, кто, избегая всех отклонений от правильного поведения, погружён в оное, говорят как о практикующем подлинное покаяние, ибо он сам – воплощённое покаяние.

5.10 (86) О том, кто, сторонясь всех ложных путей, твёрдо шагает по стезе правильного поведения, установленной Победителями, говорят как о практикующем подлинное покаяние, ибо он сам – воплощённое покаяние.

5.11 (87) О монахе, который, избегая всех дурных состояний сознания, наслаждается лишь благими его модификациями, говорят как о практикующем подлинное покаяние, ибо он сам – воплощённое покаяние.

5.12 (88) О монахе, который, дабы избежать неконтролируемой активности сознания, практикует три вида контроля, говорят как о практикующем подлинное покаяние, ибо он сам – воплощённое покаяние.

5.13 (89) О том, кто, избегая мыслей о боли и недоброжелательстве, поддерживает в себе чистые и благие мысли, в слове Победителей говорится как о практикующем подлинное покаяние.

5.14 (90) Нечистыми склонностями, такими, как ложные воззрения, душа обладала с безначальных времён, чистых же, таких, как правильная вера, она не ощущала никогда.

5.15 (91) О том, кто, полностью отбросив ложную веру, ложное знание и ошибочное поведение, медитирует на правильную веру, правильное знание и правильное поведение, говорится как о практикующем подлинное покаяние.

5.16 (92) Душа – высочайшая таттва; святые, погружённые в неё, разрушают всю карму, а потому подлинным покаянием в высшем смысле можно назвать лишь созерцание природы души.

5.17 (93) Святой, поглощённый созерцанием природы души, избавляется от всех пороков, а потому лишь созерцание природы души можно назвать подлинным очищением всех проступков.

5.18 (94) С практической же точки зрения практикующим подлинное покаяние называется тот, кто, усвоив его принципы в соответствии с изложенным в Пратикрамана-сутре, медитирует, опираясь на таковые.